На этот раз наша дружная команда MAXXISPORT отважилась покорить перекаты  и круговороты горной уральской реки Усьва. Рафтингом наш водный переход не назовешь, но сплав удался на славу! Кто бывал на Усьве – поймет. Знаете ее мели, когда тащишь катамаран на себе, а ноги скользят по острым камням, которые пытаются свалить тебя в холодную воду. Знаете эти красивейшие скалы: Столбы, Чертов палец, Панорамную, Омутной, Навислый – всех не перечислить… Но мы все это не просто видели, мы это ощутили на себе, впитали каждой клеткой наших жаждущих впечатлений организмов.

Итак, по порядку.

В восемь утра – сбор возле офиса, погрузка на машину. Все шло нормально, старательно крепили на багажник Газели нашу поклажу, а было ее не мало – буд-то на все лето уходили. В один момент незакрепленный тюк с палатками соскользнул вниз, и чуть было, не придавил под собой нашего боцмана Олега, но обошлось. Легкий шок прошел быстро, так как нашлась масса шуток от «судьба» до «не судьба». Но без боцмана на сплаве – ну просто «никак», и он принял решение – во что бы то ни стало жить в полном здравии на радость всей нашей команде. С другой стороны машины тщетно пытался забросить мешок со спальниками наш костровой – Дима «ОгоньМЭН». Но спальники рассыпались, ворочались внутри мешка, как живые. Общими усилиями вопрос был решен моментально. К девяти утра с горем пополам погрузку закончили и расселись внутри салона и двинули в путь, пока наземным транспортом.

В машине было довольно-таки жарко, и я – ведущий судового журнала, архивариус Евгений – решил открыть люк в крыше салона. Удалось без проблем, но при этом он все время закрывался. Я решил оставить щель, заблокировав крышку первым, что попалось под руку -  пачкой с сигаретами. Не успели порадоваться моей сообразительности, как пачку сдуло ветром. Оставили-таки кое-что в городе, а это хорошая примета – вернемся! Был среди нас и юнга – молодой да ранний, как говорится. Благодаря практическим знаниям восточных единоборств, он был назначен начальником охраны и безопасности. За что именовался в команде – Роман «Речной ниндзя». А в душе оказался философом – такие глубокие загадки нам загадывал, что не успели заметить, как подъехали к г.Чусовому, а это уже почти рядом, это внизу, а выше только горы…

С шутками-прибаутками шли к нашей цели – в верховья Усьвы. Захотелось кофе, но лишняя остановка ни к чему – всем не терпелось уже скорее оказаться в загадочном и притягивающем ландшафте Уральских гор. Пили кофе на ходу. Горячий, зараза! А машину кидает из стороны в сторону, и отпить из кружек достаточно сложно. Поэтому ширкали воздухом, а сделать глоток никак не получалось, пока кофе хоть сколько-нибудь не остыл. Тогда глотали его в два-три приема и были весьма довольны, что никто не облился. Довольные – запели. Репертуар не изобиловал, но и так хорошо: «раз – словечко, два – словечко, будет песенка»!

Кофе сделал свое «подлое» дело – переварился в наших желудках, и все чаще мы стали поглядывать на мелькающие за окнами кусты, да кустики. «Зеленая стоянка» принесла нам заметное облегчение, напряженность спала. Едем – такие умиленные. Как вдруг Оксана – наш корабельный врач-костоправ (или костолом?) – выдает во все горло: «Господи, да что же это? У меня ведь полные штаны муравьев!» Всем весело, а ей видимо, не очень. Но муравьи испугались нашего громкого хохота и вскоре разбежались. Лешка – морячок на подхвате – по кличке «Не бей лежачего!» в очередной раз, прощаясь с полями и равнинами, затянул свой шлягер «Поле, русское по-о-ле…-е». Но дело этим не закончилось и в горах. Ностальгия по равнинам не покидала его все три дня нашего пребывания на сплаве, и он каждую удобную минуту затягивал свое «Поле», а мы, естественно, хохотали.

Ну, вот и Усьва! Но мы не высаживаемся – идем все выше по течению, словно стараемся захватить каждый дополнительный метр для будущего удовольствия. Вдруг не хватит? Многие пребывают в зачарованном шоке – горы, их оголившиеся карстовые бока встали стеной как-то неожиданно. И тут начинаешь понимать, какая ты, природа  - могучая, сильная и несокрушимая. А нам, во что бы то ни стало, надо тебя усмирить – дать понять, что мы не чужие, мы пришли, чтобы полной грудью вдохнуть твой аромат первозданности, почувствовать себя такими же сильными и непокорными. Выходим с тобой один на один! Принимай гостей, Усьва!

Спешились, неутомимо шутили, собирали катамараны, опять грузились, девчонки на скорую руку навертели бутербродов, откушали, собрались было в путь, но вдруг заметили, что одно из ведер теперь стоит в сторонке, хлеб из него выложен, а оно как-то хитро подмигивает нам блестящей поверхностью усьвинской воды. Любопытных (почему вода? кто вынул хлеб? зачем?) пришлось успокаивать раз по пять. Обещали, что хлеб не оставим ни за что, а вода нужна для какой-то инаугурации. Да и Бог с ней, с инаугурацией. Мы готовы ко всему, лишь бы уже прозвучала команда «Весла на воду!» Но команду мы услышали другую: «Становись на инструктаж!» Наш шеф Андрей как-то изменился… Видимо черная пиратская шляпа с «Веселым Роджером» вместо какарды превратила его в капитана Флинта. Тут нас ожидал сюрприз. Всем были выданы пиратские банданы, над катамаранами взвились фирменные флаги MAXXISPORT, а с ними по соседству на мачте – черные, нагоняющие страх на врага  - флаги пиратов. В одну минуту в душе что-то встрепенулось, появилась уверенность в себе. Теперь мы морские, ну пусть «Речные», но тоже волки. Для нас нет препятствий, есть цель – только вперед! Наш пыл был остужен неизвестно откуда хлынувшей на головы холодной водой. Архивариус улыбался над нами с высоко нависшего берега с тем самым ведром из-под хлеба… или из-под воды. Крещение водой прошли! Вот теперь: «Отдать швартовы! Полный вперед!»

Идем! «Черная Каракатица» и «Зловещая Барракуда»! Два пиратских корабля-катамарана готовы сражаться со стихией. Впереди первый перекат ощетинился грядой большущих булыжников. Довольно серьезный, особенно весной, по быстрой воде. Но на наших фрегатах – железное спокойствие, никакой паники! Подумаешь, у кого-то глаза больше чем блюдца, а под попами вода захлюпала… Но это ведь мелочи. Зажав свой первых страх в кулаки (не отпуская весел), мы прошли! Без потерь! И – главное – были несказанно счастливы! Мы шли и кричали всем нашу пиратскую боевую кричалку:

Первый день близился к концу. Время растворилось. Мы знали, что еще не вечер, но солнце было практически не видно из-за крутых скал, нависших над нами. Мы были, как на дне каньона, если б дело происходило в Америке. Но от этого чувство реальной опасности не проходило.

Первую стоянку устроили у подножия одного из самых высоких здесь камней – Столбы. Здесь же когда-то облюбовал себе место для стоянки и какой-то далекий наш предок из эпохи палеолита. Не дурак был точно – потому, что пейзаж описать невозможно, надо видеть. Надо раствориться в нем и почувствовать себя частицей этого зрелища! Здесь находиться не просто приятно, это здорово! Это окрыляет, и хочется лететь к этим устремленным ввысь вершинам.

Разбили лагерь, подняли над ним флаги, разметили территорию (для интереса) табличками:

·     капитанский мостик,

·     камбуз с коками,

·     плаха выходного дня (проштрафившиеся кололи на ней дрова),

·     осторожно, мины (это как бы «кустики»),

·     Сундук Мертвеца (наши хоззапасы),

·     харчевня «Три корочки хлеба»,

·     кают-кампания,

·     дамский кубрик,

·     трюм для салаги и т.п.

Потом купались с необычайным удовольствием. Горная вода – не то, что в южных морях – холоднее и, я бы сказал, не дает расслабиться. Но это – кайф! Лежишь в ней, барахтая всеми конечностями, чтобы не унесло, и остываешь, прямо чувствуешь, как смывает с тебя жар, накопленный за день, как приятно отдыхают руки, ноги, спина. Усталость и легкость одновременно – нигде этого сочетания, наверное, не встретишь. Красота, одним словом. Ни голода, ни холода уже не чувствуешь. Но, слава Богу, есть люди среди нас (как в общем-то мы все), которые не забывают о своих обязанностях. Зав. камбузом – Нонна, по кличке «Есть МЭМ! С тобой не спорю!» («Есть» - это именно просьба, а не ответ на какой-нибудь приказ) организовала приготовление праздничного стола. Девчонки, а по-походному «тетки», у нас дружные, поэтому они объединились, и ужин был готов очень скоро. Фраза «Спасибо нашим поварам, за то, что вкусно варят нам» совсем не банальная, это понимаешь там – на сплавах и в походах! Поэтому, от имени всего нашего мужского плавсостава, выражаем отдельную благодарность:

Нонне – «Есть МЭМ!» (тут и не поспоришь, очень, оказывается, есть хочется),

Оксане – хоть и корабельный врач, а на камбузе – художник-импровизатор,

Марине – главной по примочкам, всеобщей любимице «Красотке Мари»,

Евгении – еще одной всеобщей любимице и главной по тарелочкам «Малышке д’Жене»!

А вот погода долго нас не баловала. К вечеру началась самая настоящая гроза, и с воды нужно было уходить. Кинули якоря на следующую ночевку в месте, где такие же, как мы скитальцы, уже разбили свои лагеря. Другие подходящие места для ночлега в кризисной ситуации найти весьма проблематично. Уже в ливень на глазах ополоумевших соседей, молча, без всяких эмоций разбили лагерь в течение 5-7 минут и даже умудрились разжечь костер из отсыревших дров. Лешка, тот, что морячок на подхвате, как обычно хохмил и не давал грустить никому. Сейчас он сотворил следующее. Подошел к бревну, которое тщетно хотели распилить, но никак не получалось и сказал: «Не могу спать, не попиливши дров» - вздохнул и тихо удалился в свою палатку. Ночь была ужасной и прекрасной. Мы – грязнущие, промокшие и замерзшие дрыхли без задних ног в своих палатках. И никакой храп, и ни какие возгласы из соседних лагерей не могли нам помешать. Мы просто отдыхали со счастливыми улыбками на обветренных и обгоревших лицах. Во сне многие из нас все еще привычно гребли веслами, а из палатки боцмана Олега доносились команды: «Левый борт табань, правый – греби!»

Утром всех поднял капитан Флинт. Сначала он обошел все палатки и пожелал нам доброго утра. Потом он опять обошел все палатки и пожелал нам «Общий подъем». Ну, а когда он в третий раз обошел все палатки, то пожелал нам: «Что, совсем расслабились, салаги речные?» Раздались первые, пока еще совсем слабые, звуки кряхтения и охания. Выползали нехотя. Разминали спины и конечности, рассказывали друг другу кто-как «сгорел», где-что болит, кто-кем искусан.

ОгоньМЭН Дима, исполняющий на катамаране роль заднего кормчего (они в основном и табанят с целью разворота или торможения катамарана) вдруг заскучал. Но пираты не привыкли подчиняться хандре. И наш Дима решил освоить новый способ гребли, который потом шедшие немного позади на Барракуде именовали не иначе как «корчевание картошки с присядом». Вся река ликовала! Такого танца здесь не видывали, наверное, даже наши предки во времена «Пети Кантропова».

Снова выгрузка, берег из крупной гальки, дальше немного заболоченный луг и… стадо коров под надзором стремянного коняги. Да, что вроде бы стадо коров? Ну пасутся себе, ну «заминировали» здесь каждый метр полезной площади. Это уже мелочи, мы уже на финише. Но «поздно мы с тобой поняли», что стадо-то не простое, а хитро обученное встрече со сплавляющимися туристами. Даже пиратские наши атрибуты ему ни почем.

Сначала коровы медленно наступали, методично минируя пути к отступлению, потом стали окружать. Их коварный замысел мы раскусили только тогда, когда их мычащие, с капающей слюной физиономии полезли в наши рюкзаки с остатками провианта. Мы отстреливались небольшой галькой и криками «Кыш, рогатые!» Девчонки же успевали обласкать противника, а нам кричали: «Ну, не надо камушками!» В результате коровам скормили: пять буханок хлеба, голову сыра «Ламбер» и так по мелочи – картошку, колбаски копченой с полкило, Рома поделился последней мармеладиной.

На переговоры об установлении перемирия с их стороны прибыл главный парламентер – стремянной коняга. Не представившись, он позволил сделать нам несколько снимков рядом с ним, сожрал остатки плова (какой, кстати, был классный плов!), две пачки печенья «Юбилейка», выпил всю последнюю воду и, довольный, заржал. Потом отогнал свое мычащее стадо и уверенно двинулся в направлении вновь прибывшего катамарана очередных «лопухов».

На протяжении всего сплава мы, как истинные кладоискатели, все время что-нибудь искали и добывали… Но чаще прочего попадались какие-то буквы. Что это за буквы никто(?) не знал, но они упрямо продолжали появляться, и мы решили их собирать. А сейчас кто-то предложил: «Давайте складывать из этих букв слова!» В общем получилась у нас фраза, которая отражала чувства каждого. Мы разобрали буквы – каждому по одной – и строем направились к скучающему на берегу мужичку. Когда мы повернулись к нему так, чтобы ему было возможно прочесть, что там написано – он просиял, несколько смутившись, попросил наш фотоаппарат и сфотографировал нас на память. А фраза была короткая, емкая, но умещала в себе гораздо больше, чем может показаться тому, кто не был на сплаве. Она гласила:

«МЫ СДЕЛАЛИ ЭТО!»